Из каких источников информации Вы узнаёте о наших ближайших мероприятиях?

«Девятая студия» – 24 мая 2009 года

В программе
- обсуждение стихотворной подборки самарского поэта Кузьмы Курвича
- обсуждение прозы Надежды Масленниковой
- интерпретация стихов современных поэтов

На собрании присутствовали

Любовь Глотова, руководитель студии
Нагаткин Дмитрий, поэт
Дмитрий Недецкий, поэт, участник творческого объединения «Веселье Ебинизера»
Дымникова Ольга, поэт, прозаик
Рябов Владимир, поэт
Савкин Андрей,  поэт, участник творческого объединения «Зеленый абажур»
Тюрин Максим
Джунковская Анна, поэт, прозаик
Безгинов Семен, поэт, культуртрегер
Миронов Кирилл, поэт, культуртрегер, координатор творческой лаборатории «Орфей»
Кузьмичева Елизавета,прозаик, участница творческого объединения «Веселье Ебинизера»
Рыжков Алексей, поэт
Василий Свиноухов, поэт, участник творческого объединения «Веселье Ебинизера»
Светличкин Александр, поэт
Курвич Кузьма, поэт, участник творческого объединения «Веселье Ебинизера»
Столбов Максим, поэт, прозаик, культуртрегер, координатор творческой лаборатории «Орфей»
Ледяева Ирина, социолог, преподаватель СамГУ
Масленникова Надежда, прозаик
Уланов Александр, поэт, литературный критик

Собрание студии началось с интерпретации стихов современного поэта Марианны Гейде.

Марианна Гейде, поэт, прозаик. Родилась в 1980 году. Жила в Москве, окончила философский факультет Российского государственного гуманитарного университета, автор ряда специальных философских публикаций – в частности, посвящённых жизни и творчеству Фомы Аквинского. Несколько лет жила и преподавала в г. Переславль-Залесский, с 2005 г. снова в Москве. Автор книг стихов «Время опыления вещей» (2005) и «Слизни Гарроты» (2006), публикаций в журналах и альманахах «Вавилон», «Крещатик», «Октябрь», «Новый мир», «Новое литературное обозрение» и др. Лауреат поощрительной премии «Триумф» (2006), премии «Дебют» 2003 г. (в номинации «поэзия»), шорт-лист 2002 г. (короткая проза). За книгу «Время опыления вещей» получила малую премию «Московский счёт» и премию «Стружские мосты» за лучшую первую книгу стихов международного поэтического фестиваля «Стружские вечера поэзии» (2006).

Информация с сайта «Вавилон», фото Андрея Василевского

«Создан обобщенный образ страдания. Пантеистическая связь со всем. Иисус – и бог, и человек, поэтому каждому человеку присуще божественное страдание. Просматривается сочетание языческих и христианских аллюзий».

Юля

 «Лирический герой на самом деле безымянный, но для каждого человека имя значит очень много».
Семён

«Текст построен на борьбе автора с кощунством. Автор хочет определить, в кого верят – в бога или в его смерть. Борьба человека с вопросами, недозволенными верой».
Максим

 «Лирический герой очень ощутим – физически, натуралистически. Бог здесь, скорее языческий, чем христианский».
Юля

«Религиозность здесь не так глубока. В центре – лирический герой. Смешивая религиозные мотивы, он пытается выстроить свои отношения с миром. Он замкнут в своём теле и не понимает, что с ним творят».
Андрей

«Здесь мотив возможности или невозможности разговора».
Ольга

А вот что увидела в этих стихах московский поэт Наталия Черных.

«Великие понятия у Гейде изящны и пронзительны, а привычные вещи подчас вырастают и перекликаются с символами первого порядка:
«солнечноротый ангел глядит в мой дом
из лампочки под колпаком».
«Псалом 1»

Здесь неожиданно возникает отсылка к рок-андеграундной поэзии (для Гейде она уже часть «общей культуры») конца восьмидесятых: «Лихой фонарь ожидания качается…» (Е. Летов, «Всё идёт по плану»).
Перед нами — новая попытка соединения разных этнических и философских понятий в эстетике «детского» макрокосма. Вспоминаются ранние стихи Елены Шварц. Гейде не просто ищет последние отблески космоса во вдруг установившемся языковом хаосе. Поэтическое «я» действительно уверено, что оно достигнет космоса. И это будет не просто небольшой личный космосок, а именно космос. Хаос и космос — как состояния ДУШИ, тесно связанные с моментами изменения современного языка, изменений в общественной жизни и культурной. Думается, стихи Гейде ближе к христианской концепции, нежели к античной.
 Земля постоянно ускользает, уходит из-под ног, опустошается как во время стихийного бедствия или войны; возникает тема катастрофы (отчуждения, на языке автора), и это одна из ведущих тем книги.
Лирическое «я» тоже ускользает с лица земли. Жизнь и смерть человека, как автор и сам определяет в «Автокоментариях», отражается в написании и последующем «отчуждении» от автора стихотворения.
Конфликт между словесным «я» как «я» всех прошлых и будущих людей в едином лице (поэте) и телом (землёй) неоднократно исследовался западной философской мыслью, а теперь приобрёл отображение в русской новейшей поэзии, причём, довольно подробное и точное, и даже изящное.

Информация с сайта «Полутона»

Обсуждение текстов самарского прозаика Надежды Масленниковой

Летели облака

На нашем этаже в комнатах какие-то странные визоры, а больше нигде таких нет, честно, я проверяла. Правда, нам запрещено по другим этажам ходить, но все ходят, и воспитатели ведь нас не видели. Воспитатели у нас очень вредные, но не злые, они не дерутся, правда, кричат иногда. Особенно часто они кричали на Сашку, из-за них она на самом деле и исчезла! Хотя я же хочу исчезнуть сама, значит, и она сама. Ладно, не буду я воспитателей ругать, я же не такая противная, как они.
А визоры те просто сломанные, наверное. Их так высоко поэтому и засунули. Ну разве это нормально, всё время показывать одно и то же! Ну почти. Когда мы не спим, там почти всегда синее с белым, а когда спим, там чёрное с точками. А так всё время одно и то же. Ни мультиков, ничего. Простые визоры гораздо интереснее. Если только там не уроки идут. А урочные программы очень глупые. Как-то объясняли, где у нас руки, где ноги, а я спросила, что у меня за спиной за штуки, а они не ответили. А воспитатели это заметили и стали на меня кричать. Они вообще не любят, когда мы вопросы задаём, особенно про то, что у нас за спиной.
А те сломанные визоры вообще ничего не объясняли, они даже говорить не умели. Правда, была там одна интересная вещь. Это когда белое по синему двигалось, даже я могла хоть всю жизнь на это смотреть. Визор высоко только, не допрыгнешь. Поэтому смотреть неудобно. Голову загибаешь вверх, а шея устаёт. Ещё эти штуки за спиной мешаются. Я вообще не понимаю, зачем они. Ноги чтобы бегать, руки, чтобы брать что-нибудь. А эти штуковины можно только сдвигать и раздвигать. Они, правда, мягкие, но только снаружи. На спине лежать неудобно. А у взрослых этого вообще нет. Правда, говорят, что у некоторых есть, но это враки.
Вот. А Сашка говорила, что визор всё время разное показывает. Особенно ей нравилось, как и мне, когда белое по синему. А жёлтые точки, которые на чёрном, иногда тоже двигались, чаще всего вниз, иногда даже их было много-много. Это всё она говорила. Мы спим и сны видим, интересные, про мультики. А Сашка не спит, на неё программа не действует, только взрослые этого не знают. А по программе мы все спим в одно время и обязательно интересные сны видим, такого ещё не было, чтобы мы видели что-то неинтересное. А Санька потом спит, когда мы играем. Спрячется где-нибудь и спит. Мы поэтому часто в прятки играли. Да и можно было хоть на время от воспитателей скрыться.
Санька всё смотрела на этот визор, смотрела, а потом как скажет: "А интересно бы было туда попасть". А я на неё посмотрела как на маленькую и сказала что-то, а она обиделась и больше со мной не разговаривала. А потом вдруг исчезла. Я утром проснулась, а её уже нет. Без неё так скучно стало. Воспитатели про это почему-то не спрашивали, даже радовались, только пытались это от нас скрыть. А что им не радоваться, с Сашкой же столько хлопот было. А куда она на самом деле делась, я не знаю. Она мне не сказала, потому что мы поссорились. А когда она исчезла, я спала. Мы даже не попрощались. Ну не могла же она поправде в визор влезть. Это только в сказке бывает и во сне, но я же не сплю и не в сказке, уж это-то я точно знаю! Правда, знаете что, у того визора, вроде, экран поменяли. Он светлее стал. Раньше был тёмный-тёмный, это я только сейчас заметила. А на полу я нашла несколько осколков. Хотя все знают, что экраны не бьются, даже малыши. Но это же у нормальных визоров.
А я после этого, ну когда Сашка пропала, тоже стала этот визор смотреть, вдруг там её увижу, мы же подруги.
А ещё Санька когда-то говорила, что там показывают, как что-то маленькое тёмное двигается. И ещё этих маленьких тёмненьких такие же штуки есть, как и у нас. И они ими машут, а рук и ног у них не видно. Но, может, Сашка их просто не заметила, далеко ведь, визор под самым потолком. А может, она их придумала, она много чего придумывала.
Мы даже пытались этими штуками махать, свёрнутыми не получилось, а развёрнутыми - ничего. Только бумажки всякие стали в разные стороны двигаться. Весело было. Почти каждый помахал. А Санька сказала, что у неё появилось такое чувство, как будто она вверх поднимается, но этого-то уж точно не было, потому что не может такого быть! Врала она, всё-таки, часто. Но после этого все малыши стали махать постоянно, а воспитатели стали такие счастливые ходить, правда, на Саньку они тогда все равно накричали. А некоторые малыши всё же поднялись немного вверх, на сантиметр, а, может даже, метр, я уроки не люблю, и Саня не любила, да почти никто их не любит.
Не, визор разное показывает. И не только синее, чёрное, жёлтое и белое. А ещё и розовое, и голубое, и даже цвет моего платья. Но интереснее всего, когда показывается белое с синим. Белое может выглядеть как кровать, как игрушки, даже как люди, честно-честно, уж я не такая выдумщица, как Сашка.
А там, наверное, интересно. Конечно, я уже не маленькая, чтобы думать, будто в визор можно влезть, но Саня же куда-то делась. Да я только попытаюсь, посмотрю поближе, что там. Если поставить стул на стул и ещё на стол, то можно туда забраться. Я сегодня попытаюсь, когда все спать будут, программа ведь не только на Саньку не действует! Но ведь воспитатели этого не знают!
Может, там, в визоре, я смогу двигать тем, что за спиной и, может, даже вверх поднимусь, как малыши! Санька так и сделала, уж я-то это знаю, мы же подруги.

***

как это ни кажется странным, моя голова не набита опилками.
в моей голове прорастает солома. Иногда налетает северный ветер, и тогда в голове появляются золотые волны.
знаешь, а с соломой в голове совсем не страшно. Жалко только, что цветов там в последнее время появляется всё больше.
а недавно вот созрела земляника...

Про трамваи

Ночью с неба на Землю сыпется мелкая серебристая пыль. Многие принимают её за снег, а когда снег невозможен – за пыльцу или ещё что-нибудь реальное. Пыль прилипает только к трамвайным рельсам. А чтобы она ровнее на них лежала, ночами ездит специальный трамвай, который всё разравнивает.
Зачем так всё устроено, я не знаю. То, что трамваи на самом деле межзвёздные путешественники, и так всем известно. Вот когда утром в вагоне холодно – это же не оттого, что печки совсем не греют. Или что их не включил машинист. На самом деле это космический холод. Представляешь, как было бы ужасно, если б целый день люди не согревали трамваи своим теплом? Ведь без этого вида транспорта никак нельзя. А так бы они простудились и умерли.
А небо никак не может без трамваев. Они же ближе всего к нему. Не только соединены с ним проводами, но даже и не ездят по земле.
Рельсы-то растут из той серебристой пыли, что ночами сыпется на Землю с неба.

Как бы

- … И это как бы… Кстати, а кто такие какбы?
- Какбы… Какбы… Это такие существа вроде птиц! Хотя и размером с кошку. Точнее, они похожи на птеродактилей, только добрые. Не очень толстые и не очень худые, так, в самый раз, чтоб можно было летать. Малыши у них бледно-голубого цвета, а вот взрослые – ярко-салатовые. Шерсть у них не очень длинная, но мягкая. Хвост короткий. Да он им и не нужен, по большому-то счёту. Естественно, они разумны, даже умнее нас. К их старикам даже драконы приходили советоваться в своё время. Кстати, средняя продолжительность жизни у них…
- Ну ты что, разве можно это говорить?!
- Ладно, извини. Никому неизвестно, сколько они живут. И никто ещё ни разу не видел мёртвого какба. Ну и имечко ты придумала…
- А чем они занимаются?
- Они насылают миражи, бред, сны. Но какбы совсем не злые. Эти миражи и сны добрые, никому не причиняют вреда.
- А чем они питаются? Мыслями какими-нибудь?
- Слушай, я же их придумываю! Вот сама попробуй мыслями попитаться… Какбы травоядные. Точнее, вегетарианцы. Очень любят орехи всякие, фрукты. И молоко. Не ясно, почему тогда мясо не едят, но вот такие они. Кстати, самый любимый фрукт у них – яблоко, как и у тебя. Ещё они шоколад очень любят. Поэтому и пытаются поближе к людям держаться. Ну да, если без людей – то на кого они будут миражи насылать…
- А они ночью спят?
- Спать они могут когда угодно, как и мы. Разве что они более активные, и для сна им надо часов пять, не больше. Ночью они в основном и заняты, ты что, забыла? Какбы летают над домами… Точнее, они чувствуют, кому в данный момент нужны и сразу же летят туда…
Звонок. Беги, опоздаешь на пару!
- Пока! Потом договорим!..
…А в нише, около которой начался этот разговор, медленно приходили в себя только что появившиеся какбы. Они ошарашено мотали головами, пытаясь понять, как такое могло произойти. Моргали глазами, пытаясь привыкнуть к окружающему миру и к тому, что они теперь существуют. Кстати, глаза у них оказались очень красивыми. У малыша – ярко-синие, огромные. У двух взрослых – тёплого шоколадного цвета. Все трое глубоко вздохнули, видимо, осознав, что с ними приключилось, и хотели уже лететь искать себе убежище, как вдруг вернулась та девушка. Она посмотрела на них и виновато улыбнулась: «Извините, что так вышло. Я не специально, вы ж понимаете? Пока у меня поживите, а там что-нибудь придумаем!»

 «Проблема взрослого мира, противостояния детей и взрослых. Для детей важен поиск себя через вещи, предметы, животных. Автор создаёт волшебный мир, чтобы показать, что есть нечто более светлое в нашем мире.  Очень красочный мир – цветной, каждый текст имеет свой цвет».
Ира

«Мне нравится основной приём – способность видеть мир по-детски. Дети познают мир через вещи, а вещи – через себя. Мир постепенно начинает разрастаться. Это сильно отличается от привычной нам прозы. Приём остранения, многие вещи не называются своими именами, а только угадываются».
Ольга

«Сказка и делается из этого остранения – мир оказывается не таким, каким мы его привыкли видеть».
Любовь

«Сказки рождаются как стихи, поэтому нельзя от них требовать соответствия традиционному жанру».
Ольга

Обсуждение стихов самарского поэта Кузьмы Курвича

 «Кузьма Курвич-Пацанский. Поэт-падальщик, прозаик-живоед. Любимое животное – медведь. И позиционирует он себя как медведя. Поэта вдохновляют урбанистические пейзажи, различные маргинальные явления, русский фольклор, хип-хоп культура, авангардная живопись и всё, что связано с термином «треШ». В 2001-ом году Кузьма стал одним из основателей творческого объединения «Веселье Ебинизера».

Информация с сайта Газет.NET.ru

«Главный мотив Кузьмы Курвича  – конфликт героя с окружающим миром»

Семен

«Есть только образ героя»
Дмитрий

«Это игра сознания».
Кирилл

«Мир, в котором много восхищения перед реальностью»
Люба

«Воспроизводство самого себя, нет динамики, развития этого направления»
Ирина

«Одна из составляющих творчества Кузьмы – ирония»
Семен

«Скорее самоирония»
Владимир

В связи с теплой погодой время от времени обсуждение авторов и текстов перемещалось на улицу перед библиотекой и становилось более неформальным и живым, но эти реплики не подслушивались и не записывались.

Объявление
«Девятая студия» уходит на летние каникулы. О дате следующего собрания будет объявлено дополнительно на сайте библиотеки и в группе «В Контакте».

Слушала и записывала  Г. Уланова

443110, г. Самара,
пр. Ленина, 14

вт.-пт.: 10.00-21.00|
сб.вс: 10.00-18.00
пн.- выходной
последняя пятница месяца - сан. день
(846) 334-23-52
(846) 334-45-80
e-mail: soub@soub.ru